Главная | Мой профиль | Выход Среда, 23.08.2017, 23:33
Вы вошли как Гость | Группа "Гости" | RSS
Меню сайта
Категории раздела
Князьях, цари, императоры. История в лицах и факта [82]
Все о князьях, великих князьях, царях, императорах, а так же о Никрлае II, его жизни, приближенных и семье. Исторические заметки и суждения по истории Отечества.
События, политика, история... [93]
Белое движение [197]
Религия [88]
Правители государства [180]
Русские княжества [37]
Про Одессу. [21]
Все про Одессу, история, политика, личности.
Ордена и медали. [56]
Контрреволюция. [26]
Законодательство. [6]
Добровольцы [6]
Наш опрос
Как вы относитесь к восстановлению монархии?
Всего ответов: 1453
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » События, политика, история...

Творцы новой "нации": коммунистическая эра украинства (1920 - 1991).
Творцы новой "нации": коммунистическая эра украинства (1920 - 1991).
Книга С.Родина «Украинцы». Антирусское движение сепаратистов в Малороссии 1847–2009»
 

Начало здесь:


Создай бесплатно свой сайт и зарабатывай!

Заработок вебмастерам, рекламное продвижение товаров

    Первая кампания по тотальной украинизации Малороссии началась сразу же после революции 1917 года. Чехардой пронесшиеся опереточные режимы "украинцев" были слишком ограничены временем и пространством для организации широкомасштабного наступления на Русские язык и культуру и поэтому ограничивались в основном принятием деклараций да комедийной сменой вывесок на магазинах и учреждениях тех городов, в которых им удалось на время устанавливать свою власть. К этому добавлялось изгнание с работы всех служащих, не владевших укрмовою. После утверждения в России коммунистического режима дело украинизации приняло совершенно иной размах.
    Уже в первых своих актах, касавшихся Малороссии, большевики недвусмысленно заявили о полной поддержке украинского самостийничества, правда , в его коммунистической упаковке. Всемерная поддержка гарантировалась и украинскому новоязу, который большевики планировали превратить " в орудие коммунистического просвещения трудовых масс". Поэтому, как гласила "Резолюция ЦК РКП(б) о Советской власти на Украине" (2 декабря 1919), все должностные лица советских учреждений должны в обязательном порядке овладеть "мовою". А в телеграмме сталину от 22 февраля  1920 года ленин настаивал на необходимости "немедленно завести переводчиков во все5х штабах и военных учреждениях, обязав безусловно всех принимать заявления и бумаги на украинском языке".
    подобная позиция убежденных "интернационалистов", адептов "мировой революции" и окончательного искоренения любых "наций", вызывала по началу немалое удивление, причем не только местных малороссийских партработников, но даже у некоторых "столпов" международного коммунистического движения. Известная социал-демократка Роза Люксембург (1871 - 1919) отмечала: "Украинский национализм в россии был совсем иным, чем. скажем, чешский, польский или финский, не более чем просто причудой, кривляньем нескольких десятков мелкобуржуазных интеллигентов, без каких-либо корней в экономике, политике или духовной сфере страны, без всякой исторической традиции, ибо Украина никогда не была ни нацией, ни государством, без всякой национальной культуры, если не считать реакционно-романтических стихотворений Шевченко..." Большевики ознакомились с ее мнением, но от поддержки виртуальной "украинской нации" не отказались. Напротив, провозгласили ее официальной политикой нового режима, переименовав Малороссию в "Украинскую Советскую Социалистическую Республику" (УССР) и поставив дело украинизации края на государственную основу.
    при этом насаждали ее последовательно и жестоко. Так, сразу после захвата Киева большевиками ЧК расстреляла тех Русских деятелей, которые еще до революции последовательно боролись против украинства.
    Вслед за ликвидацией противников украинского сепаратизма, коммунистическая власть принялась за навязывание Малороссии украинского новояза. 21 сентября 1920 г. Совнарком УССР принял постановление о введении "украинского языка" в школах и советских учреждениях республики.
    При этом коммунисты открыто продемонстрировали, что и в деле навязывания Малороссии украинского новояза не остановятся ни перед чем, включая открытое насилие и террор. Красноречивый эпизод в этом плане воспроизводит в своих воспоминаниях Лидия Новгородцева, жена известного ученого П.И. Новгородцева. в конце гражданской войны она оказалась в Полтаве, где работала учительницей женской гимназии. После разгрома деникинцев и прочного установления в городе Советской власти в гимназию пришел приказ украинизироваться: "Родительский комитет высказался единогласно против украинизации. Члены комитета указали между прочим на то, что они считают русский язык своим и что даже нет учебников, написанных на "украинском" языке. Вскоре был получен вторичный приказ украинизировать школу и был прислан ящик с учебниками, напечатанными в Австрии для галицких школ. Большевицкое начальство даже не удосужилось вырвать из учебников портреты "найяснішаго пана цісаря" Франца-Иосифа. Члены родительского комитета заявили, что они своих детей в такую школу посылать не будут и объявили бойкот гимназии. За это они были арестованы ЧК".
    Дальнейшая судьба арестованных руководителей неизвестна, зато известно, что вопрос об украинских учебниках был положительно решен на самом высоком уровне правящей коммунистической верхушки. В октябре 1921 г. В разоренной, голодающей стране советское правительство выделило 500 тысяч рублей золотом на печатание за границей украинских учебников. Позднее, по личному указанию Ленина, на эти цели было выделено еще 250 тысяч золотых рублей.
    Завершение гражданской войны придало новый импульс украинизаторским усилиям коммунистов. "Нам необходимо приблизить украинский язык к пониманию широких масс украинского народа", - очертил задание председатель Совета Народных Комиссаров УССР Влас Чубарь. Но приближать стали не язык к народу, а наоборот. Руководствовались тезисом украинского академика Агафангела Крымского (1871 – 1942): "Если на практике мы видим, что люди затрудняются в пользовании украинским языком, то вина падает не на язык, а на людей". Следовало выбить из населения Малороссии Русское национальное самосознание и его материальное выражение – Русский язык.  С этой целью 1 августа 1923 г. Было принято постановление Всеукраинского ЦИК и Совнаркома УССР "О мерах по обеспечению равноправия языков и о содействии в развитии украинского языка". Декларировавшееся "равноправие языков", разумеется, являлось не более чем дымовой завесой, призванной скрыть истинную цель развернувшейся компании: объявление тотальной войны Русскому языку и Русской культуре. В постановлении откровенно говорилось, что "признававшееся до сих пор формальное равенство между двумя наиболее распространенными на Украине языками – украинским и русским – недостаточно", ибо "жизнь, как показал опыт, приводит к фактическому преобладанию русского языка". А  раз так, следует эту реальную жизнь исковеркать и изуродовать до такой степени, что бы она стала, наконец, соответствовать принятому партийному курсу. В средствах не стеснялись, делая упор на самое излюбленное из них – насилие.
    Задействованными оказались все возможные структуры власти, от законодательных до карательных. Для перевода Русского населения на «мову» были созданы "тройки по украинизации" (по типу знаменитых "троек ГПУ"), а так же тысячи "комиссий" того же рода. Всем служащим предприятий и учреждений было предписано незамедлительно перейти на украинский язык. Замеченные в "отрицательном отношении к украинизации" сразу увольнялись. Теперь на украинский новояз переводились не только документация, вывески, газеты, но даже разговаривать в учреждениях по-русски запрещалось.
    30 апреля 1925 г.  Вышло новое постановление ЦИК и Совнаркома УССР, предписывавшее всем государственным учреждениям и государственным торгово-промышленным предприятиям перейти на украинское делопроизводство не позднее 1 января 1926 г. 6 июля 1927 г. Очередное постановление, которое не только повторяло требование о ведении всего делопроизводства на «мове», но и обязывало руководителей предприятий и учреждений увольнять без предупреждения и выходного пособия всех сотрудников, не выучивших украинский язык в установленные сроки или настроенных против украинизации.
    В приказном порядке украинизировалась пресса, издательская деятельность, радио, кино, театры, концертные организации. Украинская пресса достигла в 1930 г. 68,8%, а в 1932 г. Эта цифра поднялась до 87,5%. К 1930 г. Осталось только три крупных газеты на Русском языке ( в Одессе, Донецке и Мариуполе). Борьба с газетами на Русском языке достигла такого накала, что на Украине ограничили распространение даже центральных газет, в том числе главного печатного органа ВКП(б) – газеты «Правда».
    Что касается журналов, то в 1928 г. 71,2% из них издавались на украинском, а в следующем году эта цифра достигла 84%. Украинские книги в общей массе книжной продукции составляли в 1925 – 1926 гг. – 45,8%, в 1927 – 1928 гг. – 53,9%. В 1931 г. – 76,9%. Та же участь постигла и театр. Первоначально в этой сфере украинизация продвигалась с большим трудом. К 1927 г. Она охватила лишь 26% театральной сферы. Но затем дело пошло быстрее, и к началу 1930-х годов русскоязычные театры были фактически вытеснены с Украины, а центральные театральные помещения перешли к украинским труппам. В 1931 г. В УССР было 66 украинских, 12 еврейских и только 9 русских стационарных театров.
    К 1927 г. 82% школ УССР были украинизированы, 76 % от общего числа учащихся посещали украинские школы. С середины 20-х годов именно украинский новояз преимущественно использовался при ликвидации безграмотности. К 1930 г. В республике насчитывалось 14430 украинских начальных школ (Русских 1504). "Мова", с довольством отмечает в это время украинский языковед Алексей Синявский, "из языка жменьки полулегальной интеллигенции до октябрьской революции волей этой последней становится органом государственной жизни страны".
    Активно велась работа и по кодификации литературных норм, по упорядочению лексики и орфографии "мовы". В 1921 г. Был открыт Институт украинского научного языка, который разрабатывал научную терминологию. С 1925 г. При украинском Совнаркоме работала Государственная комиссия для разработки правил правописания украинского новояза. Реформа правописания укрмовы еще дальше продвинула ее по пути окончательного отрыва ее от Русского языка. В докладе, зачитанном в январе 1929 г. В коммунистической академии, "специалист по культурному строительству в национальных республиках" С. Диманштейн отмечал главное достижение украинизации: "Возьмем дореволюционный украинский язык на Украине, скажем, язык Шевченко, и теперешний украинский язык, с одной стороны, и русский язык – с другой: Шевченко почти каждый из вас поймет. А если возьмете какого-либо современного украинского писателя – Тычину, Досвитского или другого из новых, - я не знаю, кто из вас, не знающий украинского или хотя бы польского языка, поймет этот язык на основе русского. По отношению к русскому языку мы видим здесь значительное увеличение расхождения".
    Что, собственно, и являлось подлинной целью украинизации: любыми способами увеличить расхождение с Русским языком вновь создаваемого украинского новояза.
    Впрочем, действительность оказалась не такой податливой, как хотелось бы коммунистам. Действительно, "косный и отсталый" народ никак не желал поддаваться украинской дрессировке, упорно держась за свой родной Русский язык. "Украинская литература широко не идет, приходится силой распространять ее", - жаловался на І Всеукраинском учительском съезде (1925) делегат киевской губернии. Но и принуждение мало помогало. Украиноязычные газеты теряли читателей. "Обывательская публика желает читать не местную газету, лишь бы не украинскую" - Записывает в дневник Сергей Ефремов.Однако ничем не отличались от "обывательской публики" и слушатели высших "курсов украинознавства", которым присваивалась категория "хорошо знающих" украинский язык: "Проверка того, как и что именно читает наш слушатель из периодики украинской, то и дело давала очень плохие результаты", - сообщается в отчете за 1929 г.
    Не желали читать украинских газет и селяне: "Наша украинская газета еще мало распространяется на селе - докладывал на учительском съезде делегат из Харькова. - Возьму пример: у нас на Харьковщине на селе русская газета "Харьковский пролетарий" по каким-то причинам лучше распространяется, почему-то ее больше выписывают, чем "Селянську правду"".
    Та же картина наблюдалась в театрах. Посещаемость украиноязычных спектаклей была исключительно низкой. Что бы заполнить зрительные залы, властям приходилось организовывать принудительные "культпоходы" в театр рабочих коллективов. Туго прививался украинский и в школах. Попадая из русскоязычной среды в украинизированные учебные заведения, дети калечили свою речь.
    Впрочем адепты украинизации, как и раньше, испытывали острейший дефицит кадров для украинизации "украинского" населения. В мае 1923 г. второй секретарь ЦК КП(б)У Д.З. Лебедь направил записку в комиссию  Политбюро ЦК КП(б)У с предложением в короткий срок "взять на учет всех членов партии, говорящих на украинском языке", а так же "выяснить украинских работников, говорящих на украинском языке, отозванных и откомандированных на территории других республик". Число знающих "ридну мову" было столь мизерно, что приходилось их всех ставить на учет.
    Что бы восполнить острую нехватку "украинцев", решили начать  завозить их из Галиции. Одного из изобретателей украинского новояза, М.С. Грушевского, приглашали переехать в УССР еще в 1923 г., сразу же после ХІІ съезда РКП(б), уверив, что "по желанию Ленина теперь национальный вопрос решен в пользу нерусских народов твердо и бесповоротно". Бывший австрийский агент, высокопоставленный масон и заклятый враг России охотно откликнулся на приглашение коммунистов и в 1924 г. прибыл в УССР. Но это стало лишь первым шагом на пути массового завоза галичан в республику. Уже к концу 1925 г. в республике орудовала многотысячная армия галицких "янычар", подготовленных еще при австрийском императоре Франце-Иосифе, и с каждым месяцем число их увеличивалось. В 1926 г. приехал "украинский географ" С.Л. Рудницкий, в 1927 - "украинский историк" М.М. Лозинский. В одном из своих писем Грушевский сообщал, что в УССР из Галиции переехало около 50 тыс. человек.
    Вся эта заезжая публика сразу же заняла теплые местечки во множестве бюрократических структур, занимавшихся украинизацией Малороссии. Заезжие украинизаторы весьма высоко оценивали политику коммунистов в Малороссии. Грушевский, например, в письме одному из своих соратников восторженно писал: "Я здесь, несмотря на все недостатки, чувствую себя в Украинской Республике, которую мы начали строить в 1917 г."
    Пиетет к галицийским самостийникам со стороны коммунистов не мог изменить враждебного отношения к ним местного населения. Но галицких "янычар" такое отношение не смущало, и они с энтузиазмом исполняли предназначенную им миссию... Их преданность Советской власти представляла еще и своеобразную форму благодарности, ведь именно коммунисты в тот момент были ближайшими союзниками и соратниками "украинцев" в их непримиримой борьбе против Русских непосредственно в самой Галиции.
    В послевоенный период Русское движение в Галиции снова возродилось, несмотря на страшные потери, понесенные в 1914 - 1918 гг., когда в результате развязанного австро-венгерской военщиной в союзе с поляками и "украинцами" террора были убиты десятки тысяч ни в чем не повинных Русских галичан. И хотя польская власть относилась к этому возрождению исключительно враждебно, всячески препятствуя его развитию, оно пользовалось массовой поддержкой сотен тысяч местных жителей. только в Русской селянской организации (РСО) состояло до 100 тыс. человек. Но кроме польской власти, Русские организации столкнулись с еще большей враждебностью со стороны местных "украинцев" и коммунистов. "Москвофилы" - так презрительно называли они Русских галичан, тех, кто в отличии от них не отказался ни от своей природной национальности, ни от своей православной веры. "Галицкое москвофильство... представляет теперь серьезную опасность для западно-украинского революционного движения" - отмечалось в тезисах пленума Центрального Комитета Коммунистической партии Западной Украины (1930) (ЦК КПЗУ).
    Понятно, что деятельность КПЗУ финансировалась из СССР. Отсюда же осуществлялось и идейное руководство. "Галицкое москвофильство - корень графов Бобринских, епископов Евлогиев, русской черной сотни - необходимо уничтожить. И сделать это нужно как можно быстрее", - формулировал задание зав. отделом прессы ЦК КП(б)У А.А. Хвыля (Олинтер).
    Сделать это "как можно быстрее" следовало уже потому, что Русские галичане прекрасно знали, что скрывается за искусственно слепленной большевиками "Украиной" и смело разоблачали в своей печати этот антирусский проект: "Мы отрицаем самостоятельную Украину в национальном и государственном значении, ибо знаем, что таковая Украина - не Украина, а притон своих проходимцев и чужих искателей легкой наживы".
    Вскрывали Русские галичане и истинную цель украинизации: "Вот уже десять лет коммунисты не за страх, а за совесть украинизируют Малороссию, что бы таким образом парализовать нормальный рост общерусской культуры и тем самым противодействовать росту общерусского национального сознания. Бесконечными экспериментами в области творения украинской культуры они измучили и до смерти надоели малорусскому народу".
    Галицкий "десант" в этих нескончаемых экспериментах над "малорусским народом" был задействован самым непосредственным образом, но даже массовый завоз из Польши многих тысяч украинизаторов так и не помог восполнить дефицит украинских кадров.
    Комиссия ЦК ВКП(б), обследовавшая практику проведения национальной политики в УССР в 1928 г., вынуждена была признать наличие объективных факторов, существенно затруднявших украинизацию партийных и государственных учреждений. прежде всего незавершенность формирования украинского новояза: "несколько раз менялась грамматика, и лица, раз уже сдавшие экзамен по украинскому языку, снова подвергались испытанию". Кроме того, "Разговорным же языком вне стен учреждения, но зачастую и в самом учреждении, для многих все еще является русский язык".
    Однако самые главные трудности украинский новояз создавал в тех сферах, где требовались высокая квалификация и соответствующий ее уровню язык, а не искусственный его суррогат. Из республики начался отток научных кадров.
    Но наряду с такого рода пассивными формами протеста против украинизации, власть натолкнулась и на явное сопротивление ей со стороны населения Малороссии. причем со стороны всех социальных слоев - от высокопоставленных советских служащих до политически индифферентных крестьян. В резолюции ЦК КП(б)У, составленной в 1929 г. и снабженной грифом "совершенно секретно", отмечалось резко негативное восприятие украинизации в среде рабочих и инженерно-технических работников промышленных регионов УССР, особенно Донбасса.
    Впрочем, то же неприятие украинизации было характерно и для большинства крестьян. Житель села Никольского полтавского района Сталинского округа в своем письме в редакцию "Крестьянской газеты" (1927) сетовал на то, что "у нас на Украине Сталинского района издаются книги, объявления, разные распоряжения" на украинском языке, "непонятном для народа".
    Лазарь Каганович, возглавивший в апреле 1925 г. компартию Украины, в очередной раз потребовал "со всей силой нажимать в деле украинизации". И нажимали. Со всей силой. Уродовали до неузнаваемости образование, печать, репертуары театров, саму речь жителей края.
    С "врагами" же не стоило церемониться. И не церемонились. За критику или саботаж украинизации можно было получить срок. Но заботились не о развитии "мовы", а об уничтожении Русской культуры.
    Коммунисты упорно следовали раз избранным путем, и всеми наличными средствами проводили политику дерусификации Малороссии, удовлетворяя при этом любые, даже самые абсурдные притязания украинизаторов, в том числе и территориальные.
    В 1926 г. к УССР был присоединен ряд пограничных территорий Российской Федерации, а именно: часть Валуйского уезда Воронежской губернии, часть Путивльского, Белгородского, Суджанского уездов Курской губернии, Семеновская волость Гомельской губернии, часть волостей Севского уезда Брянской губернии. Причем сделано это было вопреки категорическому несогласию населения этих районов, совершенно произвольно зачисленному в "украинское".
    Казалось, конечная цель дерусификации практически достигнута и до решающего успеха рукой подать, но именно в 1932-1933 гг. в деле тотальной украинизации Малороссии произошел первый серьезный сбой.
    Связан он был в первую очередь с резким ухудшением внешнеполитической ситуации и огромной вероятностью возникновения войны. Причем, военная угроза СССР в этот момент исходила, прежде всего, от Польши, не оставлявшей надежды снова завладеть Малороссией. Вся внешняя политика Польшир в период между двумя мировыми войнами носила ярко выраженны    й антирусский характер. Еще в январе 1921 г. Польша заключила договор с Румынией о взаимопомощи на случай войны с СССР, а в апреле и июне были заключены пакты Румынии с Чехословакией и Югославией, что привело к окончательному оформлению Малой Антанты.
    Знали в Москве и о польских претензиях на большую часть Малороссии, тем более что именно в Польше нашло убежище эмигрантское "украинское правительство". А "министр иностранных дел" этого "правительства" Р. Смаль-Стоцкий информировал в 1927 - 1928 гг. британского представителя о наличии разведывательной сети в УССР, которая действовала под патронажем ІІ отдела Генштаба Польши, и базировалась, по его словам, в Церкви, кооперативных обществах и Академии наук. Польша же содержала на своей территории украинские банды, которые на протяжении первой половины 20-х годов неоднократно вторгались в пределы Малороссии, грабя и разоряя местное население.
    И польская разведсеть в УССР существовала. В декабре 1929 - январе 1930 г. разразился дипломатический скандал, связанный с тем, что двух сотрудников польского консульства в Киеве обвинили в военном шпионаже.
    Крестьянские волнения в западных пограничных округах СССР, вспыхнувшие в связи с началом коллективизации, еще более накалили обстановку. 5 марта 1930 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о повсеместном выселении "кулацких и контрреволюционных элементов", втом числе и в двенадцати западных пограничных округах.
    Антагонизм коммунистической власти и крестьянства носил системный характер. Начавшийся погром деревни еще более ухудшил экономическое положение. К началу 1929 г. во всех городах СССР была введена карточная система распределения продовольствия. А разразившийся в это же время мировой экономический кризис (1929 - 1933) сделал проблему еще более трудноразрешимой. Цены на сельскохозяйственную продукцию на мировом рынке падали быстрее, чем на промышленные изделия. Это было крайне не выгодно для СССР.
    В качестве главной меры решения поставленных задач и была разработана политика так называемой "сплошной коллективизации". Насильно загнанное в колхозы, крестьянство превращалось в бесправную и фактически бесплатную рабочую силу, призванную с минимумом издержек обеспечить экономические предпосылки для большевицких планов ускоренной индустриализации.
    14 декабря 1932 г. вышло постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома СССР "О хлебозаготовках на украине, Северном Кавказе и в западных областях", в котором виновниками тяжелого положения в сельском хозяйстве указанных регионов назывались разного рода "контрреволюционные элементы", и в их числе... "петлюровцы". Более того, постановление указывало, что в УССР эти враждебные элементы проникли в партийные и советские органы вследствие "механического проведения украинизации". Поэтому ЦК ВКП(б) потребовал от украинского руководства "обратить серьезное внимание на правильное проведение украинизации, устранить механическое проведение ее, изгнать петлюровские и другие буржуазно-националистические элементы из партийных и советских организаций". Фанатики украинства застыли в тяжком и мучительном ожидании дальнейшей своей участи.
    Собственно, первый звонок прозвучал для них еще в ноябре 1929 г., когда органами ГПУ была якобы раскрыта контрреволюционная организация "Союз Освобождения Украины" (СВУ). по этому делу приговор был вынесен 45 украинским деятелям.
    Но СВУ дело не ограничилось. В июне 1930 г. ХІ съезд        КП(б)У осудил "шумскизм" и "хвылевизм", призвав партийные организации усилить борьбу с "националистическим уклоном". В 1931 г. ГПУ раскрыло новую организацию - "Украинский Национальный Центр" (УНЦ), а в марте арестовало М. Грушевского. К делу об УНЦ привлекли 50 человек, в их числе 14 заезжих галичан. Грушевского, правда, выпустили. но знаменитый корифей самостийничества явно впал в немилость. Началось дружное разоблачение его исторических фантазий на тему "Украины - Руси". А состоявшийся 18-22 ноября 1932 г. объединенный пленум ЦК и ЦКК КП(б)У поставил жирный крест на советской карьере бывшего австрийского агента, включив его в число "контрреволюционеров-националистов".
    персонально миссия по искоренению "националистического уклона" в УССР была возложена на секретаря ЦК ВКП(б) П.П. Постышева (1887 - 1939). 24 января 1933 г. он был избран вторым секретарем ЦК КП(б)У и первым секретарем Харьковского обкома, - и сразу же взялся за дело. И первым шагом начатой кампании сталдо снятие с должности Н.А. Скрыпника (23 февраля 1933), министра украинского просвещения, на которого и была возложена вина за "националистический уклон". Н.А. Скрыпник вынужден был признать, что "во многих случаях ошибался". Но это запоздавшее "раскаяние" мало помогло: от него потребовали письменного признания "ошибок" для публикации в прессе. В течение месяца он тянул, отказываясь написать этот публичный акт капитуляции, а затем, осознав, что участь его предрешена, 7 июля застрелился.
    Процесс внедрения в жизнь очередного зигзага "генеральной линии партии" начался. Лейтмотивом многочисленных выступлений партийных деятелей в печати стал тезис о "принудительной украинизации", приведшей к насильственному вытеснению Русского языка из школьного образования. Так распался союз коммунистов и "украинцев". вряд ли стоит этому удивляться. мог ли вообще быть долгосрочным союз убежденных "интернационалистов", стремившихся к уничтожению всяческих "наций", - и сепаратистов, фанатично навязывавших Малороссии "этнические ценности" никогда не существовавшей виртуальной "нации"? "Украинцы" в очередной раз оказались всего лишь в роли подручного материала для достижения чужих целей. Большевики максимально использовали их для превращения россии в коммунистический СССР, а когда достигли этого, выкинули "украинцев" из политического поля страны за ненадобностью.
    С другой стороны, при всей кажущейся странности подобного симбиоза двух внешне полярных сил, нельзя не признать, что до определенного момента он был естественен и неизбежен. Цель-то и у тех и у других была одна: уничтожение Русского национального самосознания малороссов, превращение их в этнических мутантов, идеальный объект для манипулирования.
    Однако разоблачения "буржуазных украинских националистов" в целом не ослабили роусофобской составляющей советской политики в малороссии. Расправа со Скрыпником и другими оголтелыми украинизаторами вовсе не означала конец украинизации как таковой. По ней, конечно, был нанесен серьезный удар, но она отнюдь не была отменена. Из нее просто выхолостили "национальную" составляющую, еще более выпятив единственную ее функцию: вытравливание из Малороссии всего Русского.
    Если вы сегодня почитаете украинскую прессу, книги "украинских" историков, то у вас сложится твердое убеждение, что за всю историю украинского движения не было у "украинцев" злее врагов, чем коммунисты. Какая черная неблагодарность!  разве не коммунисты нарезали "украинцам" на исконных Русских землях их "украинскую республику"? И не они ли ввели "украинскую национальность" как таковую?.. Разве не при Ленине и Сталине расплодились украинские писатели, академики, украинские школы и институты? и не при Сталине ли обрела "украинская республика" международный статус в качестве равноправного члена ООН? Сталин же наделил "украинцев" "государственными границами", которые включили в себя территории, о которых они не смели мечтать даже в самых безумных своих фантазиях. За что же такая ненависть к "вождю всех народов"?..
    Украинский президент В.А. Ющенко даже предложил открыть в Киеве "Музей советской оккупации". Тот самый Ющенко, который за годы "оккупации" совершил головокружительнцю карьеру, достигнув к декабрю 1989 г. поста заместителя председателя республиканской конторы Агропромбанка СССР, которому "оккупанты" дали  бесплатное образование вначале в школе, а затем в Тернопольском финансово-экономическом институте, что и позволило ему успешно продвигаться по "оккупационной" служебной лестнице. Тот самый Ющенко, который уже в возрасте 23 лет вступил в "передовой авангард" оккупационного режима - КПСС, и не просто вступил, а при этом еще и закончил с отличием (видно старался не за страх, а за совесть!) высшую партийную школу - Университет марксизма-ленинизма для идеологических кадров. Т.е. не просто был в рядах авангарда "оккупантов", но в рядах тех из них, кто теоретически обосновывал правомочность и справедливость этой самой "оккупации"! Такой вот "борец" с "оккупационным режимом". И соратники его ему под стать. Бездарные украиномовные писаки и рифмоплеты, которых абсолютно никто не читал, а "оккупационный режим", вопреки всему, содержал и щедро оплачивал штампуемую ими макулатуру. И даже представлял к правительственным наградам! За что они слезно благодарили и клялись в нерушимой верности. А теперь... Какая черная неблагодарность! Да, кто же, в конце концов, провозгласил Украину в 1991 году "самостийной" и "нэзалэжной"? не коммунисты лит? Ведь все 100% депутатов тогдашней Верховной Рады являлись членами КПСС и все единогласно проголосовали за "самостийность"!
    Впрочем, благодарность лакея явление вообще редкое. Сколько, казалось бы, сделали для "украинцев" поляки, которых смело можно назвать крестными отцами украинского движения как такового, а чем отблагодарили их "украинцы"? Волынской резней 1942-1943 гг.!.. Такой же монетой платят они сегодня и коммунистам, обвиняя их в жестоком подавлении "украинского возрождения", хотя, как мы могли убедиться, само это "возрождение" стало возможным только благодаря коммунистам.
    И 1933 г., несмотря на определенный поворот, никаких принципиальных изменений в политику украинизации не внес. Курс оставался прежним. "Исправляя перегибы  украинизации, мы должны одновременно продвинуть вперед саму украинизацию, которая является неотъемлемой частью нашего социалистического строительства", - подчеркивалось на ноябрьском 1933 года пленуме ЦК Компартии Украины.
    Почему и двигали  украинизацию с прежней энергией и "после Скрыпника". Весьма показательно в этом плане развитие ситуации в Донбассе. До революции здесь было 7 украинских школ. В 1923 г. Наркомпрос Украины приказал в течении трех лет украинизировать 680 школ региона. Но пик украинизации Донбасса пришелся именно на 1932-1933 гг. На 1 декабря 1932 г. из 2 239 школ региона 1 760 (или 78,6%) были украинскими, еще 207 (9,2) - смешанными русско-украинскими. К 1933 г. закрылись последние русскоязычные техникумы. К 1937 г. в республике практически не осталось газет на Русском языке.
    1937 г. оказался судьбоносным для украинизации. Уже и коммунисты смекнули, что дальнейшее поощрение этого совершенно безумного проекта может привести к непредсказуемым последствиям для самого режима. А это в условиях надвигающейся войны с гитлеровской Германией могло привести просто к фатальным последствиям. В очередной раз внешняя угроза вынудила коммунистов несколько притормозить в деле дерусификации Малороссии. Наиболее оголтелые фанатики украинства, ранее всемерно поощряемые коммунистической властью, вдруг, к своему удивлению, в ранге "национал-уклонистов" были причислены к числу прочих "врагов народа" и тысячами отправились в советские концлагеря. Украинизацию слегка притормозили. В 1938 г. вновь разрешили открыть всеукраинскую газету на русском языке. В крупных городах родителям теперь предоставляли возможность выбирать язык обучения для своих детей (и, естественно, выбор был всегда в пользу русского языка). Впрочем, в селах большинства областей УССР родители такого права выбора были по-прежнему лишены.
    Затишье, впрочем, было недолгим. Военные успехи Гитлера, оккупировавшего к концу 1942 г., всю Малороссию, на короткий срок возродили самые смелые чаяния украинизаторов. взятие немцами каждого города сопровождалось незамедлительным закрытием любых Русских газет, вместо которых начинали печатать исключительно украинские. Той же метаморфозе подверглась сфера образования.
    Гитлер не задавался вопросом: почему подавляющее большинство "украинцев" не владеют укрмовою. Ему было важно одно: любой ценой уменьшить численность Русского народа, чтобы максимально ослабить его сопротивление. Украинизация являлась весьма удобной формой этнического геноцида: чем больше "украинцев", тем меньше Русских  - и наоборот. Необходимо было не только нанести Русским военное поражение. но и дополнительно расколоть их на несколько частей, враждебных друг другу, что гарантировало прочность владычества над ними. "Украинцы" в этом деле оказались незаменимым подспорьем. отсюда и полное тождество политики в "украинском вопросе" немецкого национал-социализма и советского коммунизма: цель то была одна раскол Русской нации...
    В 1945 г. по настоянию Советского правительства УССР была признана членом ООН, и таким образом искусственно созданная коммунистическим режимом "нация" приобрела международный статус. Украинизация Малороссии получила дополнительный импульс, но выводить ее на уровень 20-х годов уже опасались, удерживая в рамках вялотекущего процесса.
    Летом 1965 г. по настоянию тогдашнего первого секретаря ЦК КПУ Петра Шелеста (руководил республикой в 1963 - 1972гг.) была предпринята попытка реанимировать украинизацию в полном объеме. Разумеется, от жертв бессмысленного эксперимента снова последовал поток жалоб на "перегибы в области национальной политики". В Москве не сразу, но отреагировали: П. Шелеста убрали из Украины и все вернулось на круги своя. Наступила эпоха Брежнева, когда дело было пущено на самотек, планов расширить применение украинского новояза уже не составляли, а без государственной поддержки "мова" стала умирать естественной смертью...
    И вот очередная украинизаторская конвульсия. Снова насилие, запугивание, шантаж - и все те же проблемы, что и восемьдесят лет назад: подвластное "украинцам" население не желает изучать изобретенный для него новояз. Председатель общества "Просвіта" Павло Мовчан (июнь 2002) назвал положение украинского языка в Украине "постыдным" и в доказательство привел следующий факт: среди молодых людей в возрасте до 21 года только 20% разговаривают исключительно на украинском, тогда как исключительно русский используют 60% молодежи. При этом следует иметь в виду, что речь идет о молодых людях, языковая культура которых формировалась уже в условиях украинской "нэзалежности".
    Введено принудительное обучение на украинском в школах, в средних учебных заведениях и в университетах, а так же принудительная публикация всех видов научного и литературного творчества. И, невзирая на столь солидный задел, "украинский язык, имея бумажно-государственный статус, таковым не является на двух третях своей территории". "Украинцы" упорно отказываются украинизироваться.


Создай бесплатно свой сайт и зарабатывай!

Заработок вебмастерам, рекламное продвижение товаров

Книга С.Родина «Украинцы». А
Категория: События, политика, история... | Добавил: MARIO (29.05.2012)
Просмотров: 717 | Теги: коммунистическая эра украинства, «Украинцы» | Рейтинг: 5.0/1
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа

Поиск
Календарь

Архив записей
Сайты
Copyright © 2017